.
Новая газета


№ 36
17-05-07

Братские вузы
Российские стандарты высшего образования собираются приравнять к европейским: учиться, доучиваться и работать можно будет в любой стране мира

Людмила Рыбина

Почти все одиннадцатиклассники знают, куда пойдут после школы, а те, кто собрался в вуз, как правило, уже познакомились с условиями приема и особенностями обучения в выбранном вузе. Многие выпускники и родители услышали на днях открытых дверей новые для себя слова: бакалавриат - первые четыре года обучения и магистратура - еще два, причем второй уровень не обязателен, он и не для всех возможен. Высшее образование делится на две ступени. Это непривычно и пугает, как все незнакомое. Мамы и папы вздыхают: зачем это? Разве плохо было?

Было привычнее, но мир сегодня открыт, и у нас есть возможность сравнивать образование не только с тем, которое получали мы и наши родители, но и с тем, которое дают в других странах.

Журнал The Times Higher Education Supplement, педагогическое приложение к газете "Таймс", из года в год публикует рейтинг лучших вузов планеты. Он основывается на мнении почти четырех тысяч академиков со всего света, а также на отзывах владельцев компаний, которые нанимают на работу студентов и выпускников разных вузов. Среди сотни лучших университетов мира из российских - только МГУ им. Ломоносова.

Мы попросили директора Института иностранных языков МГПУ профессора Олега Анатольевича Радченко помочь нам разобраться в том, для чего сегодня нужно унифицировать образование в мире:

- Чтобы обеспечивать студентам и выпускникам свободу маневра. Во-первых, можно получать образование в любом городе мира: начать учиться в Москве, продолжить в Киеве, получить диплом в Кембридже. Приобрести при этом набор компетенций, которые никогда не удалось бы добыть, сидя в одном месте.

Во-вторых, трудоустроиться самым выгодным образом. Если человек видит, что в его стране его компетенции оплачиваются плохо, перспектив нет, то он голосует ногами: уезжает туда, где условия труда лучше. А свою родную страну он при этом заставит решить: нужны ли ей такие специалисты.

В-третьих, необходим совсем иной подход к повышению квалификации, возможность всю жизнь доучиваться. Например, получив бакалаврское образование экономиста и начав работать, специалист выбирает профиль магистратуры, уже точно понимая, что ему нужно, скажем, какой-то узкий раздел экономики. В течение всей жизни человек накапливает знания и квалификации, обеспечивая себе мобильность при изменении конъюнктуры на рынке труда или экономической ситуации в выбранной однажды им отрасли.

Для такой образовательной мобильности необходимо, чтобы определенные образовательные блоки были сравнимы между собой, дифференцированы по уровню и очень разнообразны. И тогда из этих кирпичиков каждый человек сможет собрать свое образование, соответствующее его склонностям, интересам, выбранному месту работы.

Наша высшая школа всегда была очень жесткой. Выбор возможно было сделать только один раз: на переходе из школы в вуз. Дальше все уже было определено вплоть до получения диплома: сколько и каких курсов надо прослушать. Если студент понимал, что выбрал не свое, у него было только два выхода: продолжать учиться, а потом и работать по той специальности, в которой разочаровался, или все бросать, жертвовать проведенными в одном вузе годами и поступать заново на первый курс в другой.

Изменяющийся рынок труда требует мобильности. Еще в середине 1970-х годов в Европе началось движение по унификации образования: Советом министров ЕС была принята Резолюция о первой программе сотрудничества в сфере образования. А с 1999 года - года подписания Болонской декларации министрами образования 29 европейских государств - это движение стали именовать Болонским процессом. Единое образовательное пространство, которое строит Европа, должно позволить разным странам взять все лучшее, что есть у партнеров. Это достигается за счет однотипных образовательных циклов: бакалавриат - магистратура, единых или легко поддающихся пересчету систем образовательных кредитов (зачетных единиц), которые студент набирает по особым правилам из предложенного списка.

В 2003 году Россия присоединилась к Болонской декларации, которая объединяет теперь сорок стран, обязавшись до 2010 года воплотить в жизнь основные принципы Болонского процесса.

- Присоединение к Болонскому процессу, - продолжает Олег Радченко, - решает далеко не только проблемы вуза, которому, конечно же, важно в условиях конкуренции стать более уважаемым, добиться того, чтобы его дипломы конвертировались за рубежом, но в первую очередь - проблемы студентов и выпускников.

Мы находимся на переходном этапе. На Западе примерно 70% бакалавров находят работу в мелких и средних фирмах. У нас пока нет этого экономического слоя. Поэтому почти все бакалавры у нас желают продолжать учиться в магистратуре.

На Западе примерно половина всех бакалавров нуждается по профилю своей фирмы в получении более глубоких и, как правило, более узких знаний, которые может предоставить магистратура, но продолжают образование только около 30%. Образование в магистратуре дорогое.

Многие наши вузы давно не обновляли учебные планы. Нередко курсы читаются по желтым листкам давно написанных лекций. А в болонском вузе преподаватель должен хорошо знать интернет-ресурсы по своему предмету и быть навигатором для студентов. Научить их пользоваться он-лайновыми библиотеками ведущих университетов мира и их базами данных. Курсы лекций приходится постоянно перерабатывать: студенты не ходят на все подряд, а смотрят, кто как читает, что стоит слушать.

Болонский процесс означает серьезное изменение самого обучения. Дело в том, что в бакалавриате у студента гораздо больше возможность выбора: есть программы А - обязательны в полном объеме и в том порядке, в каком они выстроены; программы В - тоже обязательны, но их можно выбрать на первом, а можно, например, на втором курсе; программы С - факультативы, их можно и совсем не выбирать. Каждая программа имеет свою стоимость, и студент обязан набрать 60 кредитных часов на семестр. Он составляет собственный учебный план, посчитав, сколько кредитных часов дадут программы А, и добирая из программ В и С. Есть потенциал - можно взять и больше, двигаться быстрее.

У нас пока около 80% обязательных программ и только 20 - по выбору. На Западе обязательных - 30%, а выбор гораздо больше. Там если студент закончил бакалавриат по лингвистике, совсем не обязательно магистратуру он выберет именно по лингвистике. Она может быть, например, по экономике, если такая специализация нужна для дальнейшей работы.

На романо-германском факультете МГПУ бакалавры обучаются уже третий год. Осваивают кредитно-модульную систему. Академический консультант работает со студентами каждый день, они могут связываться с ним по интернету. У начинающих студентов опыта выбора нет совсем. Постепенно старшая школа тоже должна перестраиваться, подготавливая ученика к тому, что надо выбирать и нести ответственность за свой выбор, но при этом знать, что всегда возможно сделать несколько шагов назад, чтобы перестроиться. Непросто и преподавателям, причем не только нашим. Германские профессора тоже еще не привыкли к тому, чтобы студент "заказывал музыку".

Мы, правда, как всегда, хотим использовать старые меха под новое вино. На Западе в определении программ бакалавриата очень активное участие принимают работодатели. Мы же пытаемся просто втиснуть программу пяти лет советского вуза в четыре года бакалавриата, делая учебу настолько перегруженной, что предметы по выбору остаются за бортом. Если мы решили двигаться в сторону бакалавриата, то надо попытаться извлечь все выгоды, которые эта форма может дать. Если же готовы поменять только вывеску, то, может, лучше вообще не надо?

Обсудить на форуме
researcher@